Режиссёр Лицейского театра поставил в Польше спектакль  

 

Две недели работы в режиме нон-стоп понадобилось Сергею Тимофееву и труппе варшавского театра «XL», чтобы воплотить на сцене пьесу Мольера «Лекарь поневоле». Языковой барьер преградой не стал. Как отмечает Сергей Тимофеев, «актёр с актёром всегда договорится».

Идея поставить спектакль в Польше возникла на Международном фестивале «Встречи Молодых Европейских Театров», когда Сергей Тимофеев познакомился с Анной Дзедич, режиссёром и преподавателем актёрской школы Макульских в Варшаве. Идею воплотили в жизнь в этом феврале и премьеру мольеровского «Лекаря поневоле» поляки встретили с восторгом.

 

Языковые тонкости  

— Сергей Родионович, поставить за две недели спектакль задача сложная, а если уж актёры не говорят на русском языке, так вообще маловыполнимая. Вы как языковой барьер преодолевали?

— Конечно, нам помогала переводчица. Но есть особый актёрский язык, когда то, что не можешь объяснить словами – показываешь жестами. Это особое восприятие мира. Актёр с актёром всегда договорится и неважно, на каком языке они разговаривают. Вот, например, на фестивале во Франции, в Гренобле, мы играли спектакли на русском языке. И нас понимали, смеялись там, где нужно, хотя юмор в пьесах довольно литературный. Наверное, если ты всё правильно делаешь во время репетиций, то тебя поймёт даже человек другой культуры и национальности. Мы все ведь хотим быть счастливыми, понимаем, когда говорят о любви, а когда о деньгах. Да, понимаем не дословно, но ключевые моменты легко можно заметить. Главное, чтобы была логика взаимоотношений – тогда внутренние психологически ходы человека станут понятными.

— У вас подобный опыт постановки спектакля с иностранной труппой в первый раз?

— Да. Хотя в ОмГУ им. Достоевского на факультете иностранных языков был театр «Сферы», где мы с ребятами ставили спектакли на французском языке. И наши работы завоевывали Гран-при на фестивалях в Москве, Перми, Екатеринбурге. Но здесь, конечно, было проще в том плане, что мы сначала работали на русском языке, а потом на французском. К этому моменту уже обычно понимаешь, что происходит на сцене.

 

Мёртвая зона

— Польские актёры вас чем-нибудь удивили?

— Мы работали по 12 часов в день и падали с ног от усталости. После 4-х часов репетиций они очень скромно отпрашивались в туалет, но это нормально и удивления не вызывает. У нас были определённые условия – 14 дней, за которые нужно успеть сделать хороший спектакль. За эти две недели мы пережили чудовищный момент, когда ничего не складывалось и казалось, что спектакль получается мёртвым. Такая мёртвая зона – частое явление в режиссуре. Представьте, что вы, с вдохновением и новыми идеями приезжаете в другую страну, а вместо задуманного получается спектакль, где всё фальшиво и неискренне. Хорошо, что мы это преодолели.

— Я знаю, что полячка Анна Дзедич теперь намерена приехать в Омск и поставить спектакль в Лицейском театре. Когда ждать премьеру?

Ответный визит ожидается в конце апреля, а премьеру можно будет посмотреть уже в мае. Анна Дзедич будет ставить с нашей труппой спектакль по произведению В. Гомбровича  «Ивонна, принцесса бургундская». Пьеса прекрасная! Это абсурд, который можно вскрыть нашей русской театральной школой. Надеюсь, зрителю понравится. И, может быть, у нас получится через какое-то время отвезти этот спектакль в Варшаву, а «Лекаря по неволе» привезти в Омск и показать нашему зрителю.

 

Ольга Николаева
«Аргументы и Факты в Омске» №9 / 26 февраля 2014 г.